- Вот так мы тут и живем - как черти в коробочке, света белого не видим! - закончила свой рассказ Римма Крайнева, могучая женщина с большими натруженными руками, варикозными полными ногами и импортным гребнем в густых, крашенных хной волосах. Зубы у Риммы железные, желтого цвета, здоровья никакого - после трех сложных операций; муж ее бросил, дочь умерла.

Мне она рассказывает про два огорода, про бахчу, которую обнесли мальчишки, про хозяйство, что нечем кормить ("скотину не будешь держать как нас - впроголодь").

- Таня Кретова приходила, принесла три вот таких, - разводит руками, - рыбины. Витька наловил. Как раз сестра у меня была. Так что ты думаешь, Васька (вдовый сосед-пьяница) учуял, шасть ко мне! Чепок откинул, слюни распустил, "ладно, - говорю, - садись." Бутылку вынула, спрашиваю: "Воды мне привезешь, цистерну?" - "Римма, для тебя - все, что угодно." Выжрал, и ни воды, ничего. Даже не здоровается. А вчера напился, кричит: "Римма, забери меня!" На шо он нужен? "Римма, я ведь моложе тебя на десять лет!" "Усыновлять, - говорю, - Вася, мне тебя поздно, а для других целей ты мне и с доплатой не нужен". Ведь если бы мой тогда не сбег, я бы давно в могиле лежала. А то, вот, живу, - и Римма ловко, без особого замаха, стукнула рукой по уцелевшему арбузу, - на, угощайся, - протянула мне половину.

Я впиваюсь в сладкую бледно-розовую мякоть и слушаю дальше.

- Вот Таня Кретова. Четвертый раз вышла замуж, вчера у меня ночевала. Его-то снова посадили на 15 суток, так он сбежал, дома дрался, она на него снова заявлять, он - прятаться в бурьяны. А ведь все при ней - ну, ты знаешь, - я киваю, - а готовит как! Перцы мне принесла фаршированные. Я говорю: "Когда ж ты их делала?" "Он как напился, так я спряталась в малине и фаршировала". Че бабы такие дуры?

- Природа, - глубокомысленно изрекаю я. У меня сладкие руки, щеки, подбородок, и я чувствую себя беспомощной, как перед приходом санпоста в начальной школе.

- А Васька что... Ты погляди на него - обезьяна обезьяной, какая в зеркало глядела. Да будь я такая, - Римма вставляет крепкое словцо, - я бы сама себя задушила, - и она хлопает ладонью по второму из уцелевших арбузов...

Другие рассказы, эссе, публицистику читайте здесь

Книги здесь