Лидия Сычева: о писателях

Карандаши и демиурги эпохи

Карандаши и демиурги эпохи

1988 год, окраина Москвы, Солнцево. В здании местного райкома партии проходит встреча авторов журнала «Юность» с читателями. В уютном зальчике с бархатными креслами тесно, многие стоят в проходах – собрались старшеклассники нескольких окрестных школ, учителя. В президиуме – несколько человек. Ярче всех выступает Юрий Поляков, чья повесть «Сто дней до приказа» про дедовщину в армии мгновенно сделала автора знаменитым. Он говорит о перестройке, гласности, нравственных проблемах. Ещё запомнился Гелий Рябов с рассказом о том, как расстреливали царскую семью. Аудитория слушала ораторов затаив дыхание, с напряженным, звенящим вниманием…

Память – наша «машина времени», позволяющая совершать путешествия в прошлое. В райкомовском зальчике я сидела среди своих учеников, внешне не отличаясь от них – это был первый год моей работы в школе и второй месяц жизни в Москве. Если бы мне тогда сказали, что через десятилетия я буду писать мемуар про эту встречу (да и вообще буду что-то писать!), я бы, конечно, не поверила. Но чудо жизни есть - ни один думающий человек не будет этого отрицать! Оглядываясь в прошлое, мы видим ступени судьбы. На главных дорогах случайных встреч не бывает.

«Перестройка» - время надежд. И тревог. Даже я, «зелёная» учительница истории, чувствовала – что-то пошло «не так». Это понимание не могли родить жизненный опыт (его не было), рассудительность (достояние зрелости, а не молодости), знание «расклада сил» (в те времена я и не подозревала, сколь глубока пропасть между «почвенниками» и западниками, государственниками и либералами, патриотами и космополитами). Но была интуиция, а ещё то, что называется чувством Родины.

«Перестройка» - ранняя зорька нашего всероссийского «майдана», растянутого на десятилетия. И до антимайдана, т.е. до возвращения Крыма в марте 2014 года, было ещё очень далеко. Нас ожидали парады суверенитетов, кровавые бойни в Средней Азии, две чеченские войны, взрывы домов, захваты заложников, ужасы Беслана и Дубровки.

Юрий Поляков - первый известный писатель, которого я увидела «вживую». В этой встрече было много символичного: и то, что она проходила в партийном здании, и то, что автор «ЧП районного масштаба» хорошо знал комсомольскую работу, и «направление» журнала, который он представлял, и читательская аудитория… «Зачин» для закрученного литературного сюжета: как дарование ведёт по дороге судьбы, чем испытывает и награждает.

Мои впечатления от встречи были читательскими и человеческими:  1) Поляков – москвич (я не знала его биографии, но поняла это из ответов на вопросы); 2) государственник – судя по масштабу проблем, о которых он говорит.

Ныне, в пору интернета, когда любая информация доступна, легко найти старые фотографии и документы. Очевидно, что Поляков с тех времен, пройдя определённый путь, изменился. Но внутренне, по сути, два корневых качества, отмеченные мной, остались прежними. Просто они стали ярче, очерченней и определённей.

 Москвич-либерал и москвич-государственник – два полярных социокультурных типа. Москвич-либерал смотрит на Россию как на место работы, его миссия – оцивилизовывать «совок» и «быдло», кои не понимают своего настоящего счастья – стать европейцем, разделяющим (по крайней мере, ментально) радости гомосексуальной любви и право развитых демократий бомбить Белград и Ирак. Задача литератора-либерала – относиться с особым цинизмом к «этой стране» и её населению, воспевать олигархический капитализм как высшую стадию развития человечества и падать ниц, подобно Смердякову, перед любым «застранцем» - «и хорошо, кабы нас тогда покорили эти самые французы, умная нация покорила бы весьма глупую-с и присоединила к себе».

Москвич-государственник, напротив, смотрит на Россию, как на родной дом, который нуждается в постоянной заботе, опеке и участии. Совестливый столичный житель всегда испытывает чувство вины перед провинцией – у неё и возможностей проявить себя меньше, и голос её не всегда слышен в Первопрестольной, и жизнь в глубинке беднее и тяжелее.

Писатели помнят «Литгазету» до Полякова – издание узкой группки москвичей-либералов, рупор антирусской пропаганды, отражающий клановое мировосприятие космополитической интеллигенции. И это в словоцентричной стране, с мировыми достижениями в области литературы! Случайность? Мол, тут не до литературы, когда идут залоговые аукционы, «тревожные собственники» делят между собой заводы, а транши МВФ банально разворовываются! Вовсе нет. Советники советовали, исполнители исполняли: все культурные стержни должны быть сломаны, колодцы ценностей загажены, слова девальвированы… А страна – уничтожена.

«Литгазета» Полякова, конечно, другая. Это издание с государственным взглядом, с широким представительством – здесь не только московская, но и провинциальная жизнь в её социальном и культурном многообразии. На страницах находится место для весьма пёстрого спектра мнений, но у газеты есть своё направление, лицо. Разумеется, издание делает команда - коллектив редакции и авторов. Но любой журналист знает: главный редактор – «водитель» газетной «машины». От его воли, способностей, подготовки, самочувствия зависит то, в какую сторону движется «автомобиль» по медийным ухабам и новостным колдобинам.

В общем, «Литгазета» Полякова отличается от предыдущего периода своей истории примерно так же, как правление Путина от «лихих» 90-х.

Конечно, к Путину есть претензии. К Полякову – тоже. Причём и «справа», и «слева». Иногда – обоснованные. Поскольку - «и на солнце есть пятна».

Тиражная газета в руках – это «мягкая сила», требующая аккуратного обращения. Именно этим можно объяснить дипломатичность, политкорректность и компромиссность некоторых редакционных тезисов. Свободный художник может себе позволить резкость и определённость высказываний, главный редактор ограничен множеством обязательств и условностей. Политика без дипломатии невозможна.

***

Литературный фестиваль «Библиобраз», осень 2009 года, Калининград. В большом выставочном павильоне встреча Юрия Полякова со студентами-филологами госуниверситета, старшеклассниками, преподавателями. Писатель отвечает на вопросы, говорит о том, что успешный литератор – это не обязательно продукт «массовой культуры». Приводит примеры качественной беллетристики из прошлого века. Но, конечно, не обходит вниманием и «пипы» - персонифицированные издательские проекты. Для молодых людей тезисы из нашумевшей статьи Полякова «Писатели и пипы» звучат, как откровение. Оказывается, нет никакой «стихии рынка» по вытеснению серьёзной литературы из общественного сознания. А что есть? Продуманная акция, исполненная по всем правилам манипуляции общественным сознанием.

Почему же «неандертальцы вытеснили кроманьонцев»? Почему пипы одержали верх над писателями? Перечитайте Полякова – его статья совершенно актуальна, хотя много воды утекло со времени её опубликования! Автор попал в яблочко. И, вскрыв причины, взялся за планомерную борьбу по санации литпространства. Помогая писателям из провинции, последовательно критикуя наш «желтый» (а временами и «жовто-блакитный») телеэкран, поддерживая талантливую молодежь.

Многие деятели «чистого искусства» брезгуют публицистикой, надеясь обессмертить себя художественными творениями. Что ж, в добрый путь! Но кто-то должен делать и грязную работу, выгребая завалы и мусорные кучи из общественного сознания. Публицист – чернорабочий культуры. Статьи Юрия Полякова «на злобу дня» - дневник борьбы за национальное достоинство, государственность, внятную идеологию. Особенно показательны в этом смысле 90-е годы, время, когда в медийном пространстве доминирование либеральной идеологии было почти абсолютным. Такие работы Полякова как «Россия накануне патриотического бума» (1993), «Почему я вдруг затосковал по советской литературе» (1993), «Грешно плевать в Чудское озеро» (1995), «Не чуя страны» (1997), «Фабрика гроз» (1998), «Импичмент, который всегда со мной» (1999), «Россия в откате» (2003), «Ярмарка тщедушия» (2003) и многие другие – это не только подробная, весьма детализированная летопись страны, но и горячая, страстная публицистика сопротивления.

Читаем Полякова:

«Именно Б. Ельцин привел во власть таких политических недотыкомок, как Гайдар, Бурбулис, Козырев, Немцов, Чубайс, и многих других. По их вине давно назревшие реформы были превращены в обираловку, а приватизация в грабеж».

«Вы посмотрите, допустим, на Чубайса! Человек, которому всю оставшуюся жизнь надо бы грехи замаливать и сиротам помогать, каждый раз выкатывается на экран телевизора, точно победитель какого-нибудь пивного состязания».

«А чем телевизионные разоблачения козней оппозиции сегодня отличаются от разоблачения козней мирового империализма в застойные годы? Одним: в передачах того же Н. Сванидзе ненависти к внутреннему супостату, к «красно-коричневым» (попросту говоря, голодным), гораздо больше, чему достопамятного В. Зорина к врагу внешнему…»

Публицистика Полякова – наглядный урок юношеству: не надо бояться начальства и сильных мира сего. Если ты прав, если твой голос неподкупен и действительно «эхо русского народа», а не отзвук зарубежных грантов, тебя поймут и услышат на родине. Жизнь меняется только потому, что мы её меняем. Сами. Будучи хозяевами судьбы и страны.

***

И ещё одна встреча. 2010-й год, Дальневосточный международный форум журналистов, остров Русский. В том, что известность главного редактора «Литературки» простирается от Москвы до самых до окраин, нет ничего удивительного. Другое дело – непоказное уважение со стороны читателей. В том числе, и самых взыскательных из них – писателей.

Дальневосточники – народ нравный, суровый. На остров Русский (мост тогда ещё не построили, и мы шли на пароме) меня сопровождал морской офицер, поэт Владимир Тыцких. Эта романтичная переправа не только дала мне редкую возможность полюбоваться видами горячо любимого мной Владивостока, но и прислушаться к дружеской беседе двух писателей на самом краю России...

Владимир Тыцких – многолетний организатор Дней славянской письменности и культуры на Дальнем Востоке, Юрий Поляков в 2009-м году возглавил оргкомитет фестиваля «Славянские традиции» в Крыму и вообще поддержал это важное начинание, ну а я с 2009 года веду сайт «Славянство. Форум славянских культур»… Ещё одно доказательство неслучайности случайных встреч! И, конечно, в «русской весне», в воссоединении Крыма с Россией, в том, что оно произошло столь просто и естественно, есть частица усилий всех, кто трудился на славянское единение. Юрий Поляков – заслуженный работник культуры Автономной республики Крым…

Успешный драматург, популярный писатель, влиятельный журналист, общественный деятель, медийная фигура – думаю, никто не будет спорить, что Поляков – «литературный тяжеловес», лицо, во многом определяющее современную культурную политику в стране. Но народ любит писателя не за его влиятельность, а за книги. Из многих  дарований Полякова, мне кажется, самое любимое читателем - дарование сатирическое. Ирония без глумления – редкий талант в отечественных пенатах. (Вспомним многолетнее телевизионное облучалово страны пошлыми «юмористами». Может ли народ после таких экспериментов над общественным сознанием сохранить самообладание?!)

В жизни Поляков - человек серьёзный, в книгах – хулиган. Перечитайте его роман «Козлёнок в молоке» о надувании мыльных литературных пузырей – эту энциклопедию «смутного времени» с множеством узнаваемых деталей и социальных типов. Дело Салтыкова-Щедрина живёт и побеждает!

Известно, что у настоящего писателя можно найти ответы практически на все вопросы бытия. Жизненно-литературная программа Полякова определена давно, и надо отдать должное, он её последовательно выполняет. Что ж, не будем ему мешать! (Сам, Поляков, между прочим, многим помог, в том числе и автору этих строк.) Лучше не скажем, поэтому просто повторим вслед за автором: «По большому счету, писатель — всего лишь карандаш, которым эпоха выводит необходимые ей слова. Ты можешь ощущать себя охренительным демиургом, замыкаться в замок из слоновой и даже мамонтовой кости, но именно эпоха «затачивает» тебя, условно говоря, с красного или синего конца и, помусолив, утыкает в чистый лист бумаги. Твоя задача — не сломаться под ее нажимом».

апрель 2014

Другие статьи, рассказы, эссе Лидии Сычёвой читайте здесь

Книги здесь или здесь

Все публикации