Культура, общество, политика

«Металлург» Владимир Потанин. Часть 3.

«Металлург» Владимир Потанин. Часть 3.

Потанин вернулся из Белого дома «на круги своя» через семь месяцев, успев поразить региональную управленческую элиту экстравагантным внешним видом — в поездки по стране он отправляется в спортивном костюме. После же отставки с поста первого вице-премьера в его империи случился и первый сбой — не смог прибрать к рукам «Сибнефть» в ходе очередного приватизационного конкурса, на котором разыгрывался 51 процент акций этой компании, контролируемой Березовским, а также провести своих представителей в совет директоров «Газпрома». Сложности возникли и на Новолипецком металлургическом комбинате — несмотря на решение арбитражного суда совет директоров «НМК» не считал нужным проводить перевыборы своего состава для включения в него людей «ОНЭКСИМа».

Потанину необходима была «маленькая победоносная война», желательно связанная с приобретением наиболее выгодной части госсобственности. Поэтому он решил добиться контроля над «Связьинвестом» — холдингом, в который, согласно указу Президента были переданы пакеты акций «Ростелекома», АО «Гипросвязь», Центрального телеграфа и Екатеринбургской ГТС. Но сделать это было не так просто. Дело в том, что союз «ОНЭКСИМа», «МОСТбанка», «Альфа-банка», которые в начале 1997 года рассчитывали образовать консорциум на конкурсе по «Связьинвесту», к середине года распался. По некоторым данным, имела место джентльменская договоренность о том, что потанинская структура не будет претендовать на «Связьинвест». Контроль над ним должен был оказаться у группы, в которую официально входили «Альфа-банк» и испанская телефонная фирма, а неофициально — «МОСТбанк» и структуры Березовского. Тем самым владельцы двух общероссийских телеканалов «ОРТ» и «НТВ» становились хозяевами крупнейшего российского предприятия связи. Перед началом конкурса никто из экспертов, опрошенных журналистами, не отдавал победы Потанину. Наиболее парадоксально в свете дальнейших событий звучали слова начальника отдела Генпрокуратуры РФ А. Паламарчука, который заявил, что все участники конкурса ладят между собой. На самом же деле Потанин нарушил договоренность, вступив в коалицию с крупными западными инвесторами — «Дойче банком» (в виде дочернего отделения — «Дойче Морган Гринфилл», возглавляемого Ником Йорданом, братом руководителя близкой к «ОНЭКСИМу» фирмы «Ренессанс капитал» Бориса Йордана) и инвестиционным фондом, принадлежащим Джорджу Соросу.

Гусинский и Березовский, узнав об этом, кинулись к Анатолию Чубайсу. Однако Чубайс, поддерживая Потанина, отказался вмешиваться в ход подготовки конкурса, заявив, что группа «ОНЭКСИМ»— Сорос-Йорданы предложила значительно большую сумму (в основном за счет средств Сороса), чем их конкуренты. Это и привело к ее победе на конкурсе — «ОНЭКСИМ» и его союзники предложили 875 млн. долларов за блокирующий пакет (25 процентов плюс 1) акций «Связьинвеста». Березовский и Гусинский в своих СМИ развернули информационную войну против Потанина. Обозреватель ОРТ Сергей Доренко обвинил в пристрастности при проведении аукциона вице-премьера Альфреда Коха. Досталось и Потанину.

О страстях, которые кипели вокруг потанинской покупки, красноречиво свидетельствует запись телефонного разговора между Борисом Березовским и Татьяной Дьяченко, найденная в ходе обыска в частном охранном предприятии «Атолл».

Читаем прессу: «Московский комсомолец», 12 февраля 1999 года: «Борис Березовский: Мы вчера встречались у Анатолия Борисовича (Чубайса). Мы — это Володя Гусинский и Миша Фридман («Альфа»). И встреча была с семи часов вечера до половины четвертого утра.

Татьяна Дьяченко: Ой, кошмар какой...

Б.: Разговор был тяжелый. (...) Чубайс глубоко был убежден в порядочности Потанина. (...) Я думаю, что его уверенность была сильно поколеблена, поскольку мы привели целый ряд фактов, о которых он понятия не имел... Тань, понимаешь, это все действительно неприлично. У Потанина средние остатки по счетам, по таможне, — 5 триллионов 500 миллиардов рублей. Таня, миллиард долларов. Понимаешь, это можно участвовать в любом конкурсе. За год это приносит минимум миллиард долларов. (...) Ну, Тань, это же игра не по правилам.

 Д.: Ой, Борис Абрамович...

 Б.: Что касается Коха, то я тебе могу сказать, Таня, он должен уйти. Анатолий Борисович как бы сказал, что это вопрос вообще решен, просто должен занять некоторое время.

Д.: Нет, это как он решит... А как Владимир Александрович (Гусинский)?

 Б.: Владимир Александрович сначала был как бешеный, а потом немножко пришел в себя.

 Д.: А Игорь Евгеньевич (Малашенко, шеф НТВ)?

 Б.: Там есть одна проблема, но между нами. Глубоко личная. Он ненавидит Чубайса. А Чубайс ненавидит его. Так что там все...

Д.: Ой, ну не знаю, мне кажется, он не ненавидит все-таки.

Б.: А мне кажется, что ненавидит... И Анатолий Борисович четко понял, что, как только у нас возникнут проблемы, нас начнут сметать..

Д.: Что начнут делать?

Б.: Нас будут сметать силовые структуры. Они только и ждут этого... Понимаешь, Тань, я говорил с Борей Немцовым на эту тему, когда он начал эти свои идиотические шутки с налоговыми декларациями: «Боря, прежде чем это делать, нужен закон об амнистии на первоначально накопленный капитал»... Я тебе могу с уверенностью сказать, что налоговую декларацию никто не заполнил честно, естественно, кроме президента.

Д.: Нет, мы нормально заполнили…».

Прервемся на этом месте. Вот, читатель, финансово-политическая кухня, на которой подвизаются олигархи.

Несмотря на козни соперников, большинство представителей исполнительной власти признали результаты конкурса по «Связьинвесту» состоявшимися. Для того чтобы погасить задолженность перед военнослужащими и хотя бы частично перед работниками бюджетных отраслей, правительству нужны были средства. Первым одобрил продажу «Связьинвеста» первый вице-премьер Чубайс, затем объявил об аналогичной позиции и сам Президент РФ. Тем самым Чубайс вступил в конфликт с Березовским и серьезно испортил отношения с Гусинским. Добившись победы на конкурсе по «Связьинвесту», Потанин приободрился, тем более что сумел привлечь на свою сторону такого выгодного инвестора как Сорос. Но увидев всю «кухню» приватизации по Чубайсу, даже Сорос, раздираемый филантропическими и финансовыми противоречиями, в своей знаменитой речи в 1997 заявил, что ничего похожего в мире ему не приходилось видеть.

Свидетельство очевидца: Джордж Сорос, предприниматель:

«Я называю это «грабительский капитализм», поскольку самым легким способом накопления капитала было воровство активов развалившегося государства... Моими инвестиционными фондами в Россию вложено почти два миллиарда долларов. Это было нелегким решением, и я должен сознаться, что первые приобретения были сделаны моими менеджерами вопреки моим советам. Мне было слишком хорошо известно беззаконие российского рынка капиталовложений, и участвовать в нем не хотелось». («Новая газета», № 47, 99).

Продолжение


Автор: Александр Черняк
Все публикации
комментарии:0